История метафорических карт

Первую колоду метафорических карт собрал не психолог. Ее собрал художник, которому надоели галереи.

Эта деталь объясняет в метафорических картах примерно все. Если бы колоду придумали в кабинете, у каждой картинки было бы значение, к набору прилагался бы справочник, а работа шла бы по протоколу. Но начиналось совсем иначе – с раздражения человека, который писал картины и видел, что их почти никто не смотрит.

Художник, уставший от галерей

Канадский художник и преподаватель искусства Эли Раман в середине 1970-х годов задумался о вещи, которая мучает многих: картина живет в галерее, галерею посещают немногие, а те, кто пришел, стоят перед холстом полторы минуты и идут дальше. Между зрителем и изображением – рама, охрана, музейная тишина и негласное требование почувствовать что-то правильное.

Раман придумал развернуть ситуацию. Что, если картину уменьшить до размера игральной карты, напечатать сотню разных изображений и отдать людям в руки? Не «посмотрите на мою работу», а «возьмите, перемешайте, разложите на столе, поспорьте о них». Галерея, которая помещается в карман, и зритель, который берет ее домой.

Так появился набор из 88 небольших картинок – сцены, люди, дома, предметы, ситуации, нарисованные без единого пояснения. Ни названий, ни номеров, ни подписей.

Как к картинкам добавились слова

Дальше в истории появляется второй человек – психотерапевт Джо Шлихтер. Он увидел в картинках Рамана не выставку, а инструмент разговора, и предложил ход, который превратил набор рисунков в то, чем МАК являются сегодня.

К колоде картинок добавилась вторая колода – 88 карточек со словами. Каждая карточка со словом имеет пустую рамку, в которую вставляется картинка. Обе колоды тасуют отдельно и тянут вслепую. Получается случайная пара: изображение и слово, которые никто специально не подбирал.

Дальше начинается арифметика, от которой у идеи вырастают крылья. Восемьдесят восемь картинок, восемьдесят восемь слов – 7744 сочетания. Ни одно из них не задумано автором, и почти любое можно связать со своей жизнью, если дать себе минуту. «Мост» плюс слово «страх». «Кухня» плюс слово «свобода». Пары получаются то смешные, то неудобно точные, и объяснить эту точность иначе как работой самого зрителя невозможно – потому что связывает картинку со словом именно он.

Вот здесь колода окончательно перестала быть искусством и стала способом разговаривать с собой. Как этот механизм устроен с точки зрения психологии, разбираем отдельно в статье «Почему метафорические карты работают».

1985 год, Германия

Идея могла остаться домашней затеей, но Раману встретился немецкий издатель Мориц Эгетмейер, который понял, что держит в руках не сувенир. В 1985 году колода вышла в Германии – и разошлась далеко за пределы художественных кругов.

У первого издания была особенность, о которой сегодня почти забыли: к коробке прилагались не толкования, а правила игр. Не «что означает эта карта», а «как играть вдвоем», «как играть в компании», «что делать, если карта попалась неприятная». Колоду выпустили как игру, а не как справочник, и это решение оказалось важнее любого предисловия: у картинок так и не появилось официальных значений. Их нет до сих пор.

Почему колода называется OH

Имя у колоды короткое до неприличия – OH. Это не аббревиатура. Это звук.

Тот самый негромкий возглас, который вырывается у человека, когда картинка вдруг совпала с его собственной историей: «ох». Момент узнавания, ради которого все и затевалось. Трудно придумать более точное название для инструмента, у которого нет ни одного заранее заданного смысла.

Со временем «OH-картами» стали называть вообще любые метафорические колоды – примерно как ксероксом называют любой копировальный аппарат. Строго говоря, OH – это одна конкретная колода, а МАК – все семейство.

Что было дальше

Как только стало ясно, что картинки без значений работают, начали появляться наборы под конкретные задачи. Универсальная колода хороша всем, кроме одного: она универсальная.

• COPE – колода израильского психолога Офры Аялон, собранная для работы с кризисом и тяжелыми переживаниями. Сюжеты здесь не нейтральные: в них есть напряжение, потеря, выход.
• Persona и Personita – портреты взрослых и детей. Ими работают с отношениями, с семейной историей, с вопросом «кто эти люди вокруг меня».
• Saga и Mythos – сказочные и мифологические сюжеты: драконы, замки, дороги, герои. Из таких карт удобно складывать историю, а не разбирать один момент.
• Habitat – человек и среда: жилье, город, природа, место, где мы живем.
• Ecco – абстрактные пятна и формы. Самая свободная и самая трудная колода: цепляться взгляду не за что, все приходится доставать из себя.

Позже к ним добавились десятки авторских наборов, и сегодня колод не сосчитать. Как разобраться в этом изобилии и какую взять первой – в статье «Какие бывают колоды метафорических карт».

Как МАК приехали в Россию

В русскоязычном пространстве метафорические карты появились в 2000-х – сначала как профессиональный инструмент, который психологи привозили с обучающих семинаров, часто в единственном экземпляре на весь город. Издательство «Генезис» выпустило колоды и первое подробное руководство для психологов на русском языке, и с этого момента карты перестали быть редкостью.

Дальше произошло то, что происходит с любым удачным инструментом: он вышел за пределы профессии. В 2010-е годы МАК добрались до коучей, педагогов, ведущих тренингов, а затем и до обычных людей, которые просто раскладывают карты дома. Появились сотни авторских колод – от бережных ресурсных пейзажей до наборов с довольно жестким юмором.

Вместе с популярностью пришло и предсказуемое: часть колод стали называть метафорическими просто потому, что это красиво звучит, хотя у карт внутри есть готовые толкования – а значит, это уже оракул, а не МАК.

Три правила, дожившие до сегодня

От первой колоды остались не картинки – их с тех пор нарисовали тысячи. Осталось три принципа, и они по-прежнему отличают работающую практику от красивой имитации.

1. У картинки нет закрепленного значения. Как только оно появляется, колода превращается в справочник, а человек – в читателя чужих выводов.
2. Хозяин смысла – тот, кто смотрит. Ваша версия всегда главнее любой подсказки, включая подсказку автора колоды.
3. Чужую карту не толкуют. В группе или в паре никто не объясняет другому, что означает его картинка. Можно спросить, можно удивиться – но версия принадлежит владельцу карты. Это правило из инструкции к самой первой коробке, и оно до сих пор спасает больше разговоров, чем любые методики.

Сорок лет спустя все выглядит ровно так же, как задумал художник, уставший от галерей: картинка, человек и минута тишины между ними. Если захочется попробовать это на практике, начните с простого расклада из одной или трех карт.

Читайте дальше

Другие статьи о метафорических картах

Что это такоеКолода, которая ничего о вас не знает, – и почему именно поэтому она попадает в точку.Отличие от ТароУ Таро смысл хранится в колоде. У МАК – в том, кто смотрит. Отсюда все остальное.Какие бывают колодыПортреты, пейзажи, абстракции, слова. Разбираемся, чем они отличаются и с какой начать.Почему работаютПятна Роршаха, облака и фигуры в созвездиях. У эффекта карт есть внятное объяснение.Вопросы к картам«Когда он напишет?» – самый частый вопрос к картам и самый бесполезный. Разбираем почему.РаскладыРасклад – это не магия, а порядок вопросов. Восемь схем, которые можно повторить сегодня.